Доставили с Сергеем Михайловичем Соколом груз. Передали 5 машин, гружёных по самую крышу – матрасы, вода, генераторы, лодки резиновые, печки-буржуйки, бензопилы, пакеты с письмами.
Когда выгружались, бойцы помогали. Смотрят на наши коробки, на ящики, на всё это добро, что всем городом собирали. И говорят: «Спасибо. Тут главное – не то, что внутри. А что вы приехали». Самое ценное…
Мы привезли то, что они просили. Именно то, чего ждали. Рации, "мавики", коптеры, медикаменты, родную воду…
А ещё – письма. Это отдельная история. Я бойцам пачку писем протянул – детских, школьных, с рисунками. Они эти письма в блиндаже на стены клеят. Среди копоти, среди сырости – эти детские каракули, солнышки, голуби. Это очень важно, друзья. Ради того, чтобы боец, который, может быть, завтра пойдёт на задание, сегодня, перед сном, увидел на стене рисунок девочки с бантиками и вспомнил, за что он воюет. Ради чего.
В госпиталь заходили. Там своё – печки-буржуйки, генераторы, медикаменты, постельные принадлежности. Ребята в палатах, улыбаются. Сквозь боль – улыбаются. И я думаю: непобедима эта упрямая, русская жила – не ныть, не жаловаться, держаться.
В храм наш тоже завезли. Сделали то, что обещали, потому что иначе – не умеем. Не умеем сидеть сложа руки, когда там – наши. Не умеем врать им в глаза. Не умеем обещать и не привозить.
Бойцы говорят: "Спасибо. Ждём ещё". Утром эти парни пойдут пить чай, разожгут нашу буржуйку, наденут сухие носки из нашей посылки, и в кармане у кого-то будет лежать письмо от первоклассницы, которое он прочитает перед боем. И это письмо, может быть, спасёт ему жизнь. Или душу.
Мы – тыл. Просто люди, которые собирали на городском складе на Кирова, 20в, всё, что могли: от бруса до резиновых сапог, от окопных свечей до антигрибкового спрея. Школы, детские садики, женсоветы, строительные компании, горожане – все впрягаются в это, это – общее дело. Наше. Поедем ещё. Обязательно. Фронт движется, а вместе с ним движемся и мы. С грузом. С теплом. С тем, что нельзя купить ни за какие деньги, – с душой. Для Победы!
