Возврат Матвеева на выборы и министр-коммунист
Разбирая «казус Матвеева», выразил мысль, что главный вопрос происходящего – это общефедеральная идея, или местная инициатива. Оказалось, что «наверху» снятие кандидата в ГД с выборов за не те шрифты всё-таки не поддерживают.
Что разумно, потому что, как и ожидалось, вместо тихого устранения кандидата получился федеральный скандал. Где в защиту Матвеева вышла далеко не только партийная аудитория КПРФ. В апелляции произошло особенно показательное: прокуратура сама попросила отменить решение Самарского облсуда, а Матвеев после восстановления прямо сказал «Коммерсанту», что решающими считает резонанс и «политическую поддержку в Москве».
Одно дело — проиграть КПРФ округ, другое — создать перед федеральными выборами убедительную историю о том, что сильного системного кандидата невозможно победить голосованием и поэтому его снимают за шрифты.
А вот история Коновалова, о которой пишет «Ламповый преемник», интересна другим. Если она, конечно подтвердится, и глава Хакасии пойдет в министерское кресло. Детали довольно хорошо стыкуются. Коновалов действительно поставлен КПРФ вторым номером общефедерального списка — сразу после Зюганова, что для губернатора Хакасии необычно высокое позиционирование. Причем еще в июле Коновалов говорил, что в Думу переходить не собирается и намерен доработать губернаторский срок до 2028 года. Объяснить это противоречие можно как раз переходом в правительство.
Коновалов уходит на федеральный уровень, а КПРФ фактически отказывается от Хакасии – вариант рабочий, потому что такое уже было. ЛДПР получила в 2024 году полноценного федерального министра — Михаила Дегтярева, причем он сохранил свое место в высшем партийном руководстве. Никакой коалиционной модели от этого не возникло, но исполнительная власть стала «менее однопартийной».
Возможно, мы наблюдаем переход к схеме ЕР – монополист с контрольным пакетом, системные партии получают кусочки исполнительной власти. История с Матвеевым тоже вписывается. Его могли вернуть не как подарок Зюганову, а потому что он как раз полезен новой конструкции. Это сильный, самостоятельный, конфликтный, но системный политик с реальным электоратом.
Именно такие фигуры нужны, если задача после 2026 года — сделать парламентскую систему менее стерильной, не потеряв контроль над ней. Уничтожать подобных политиков административно — значит собственными руками выталкивать протест из системных партий. Для системы куда рациональнее оставить часть этого протеста условному Матвееву и КПРФ, чем добиться идеальной победы ЕР и обнаружить затем, что недовольные ушли в экстремисты вообще за пределы понятных партий.
Хороший маркер - получат ли после выборов исполнительные должности и другие парламентские партии и будет ли расширяться их реальная ответственность за управление.
